АТЛАС

Историческая справка.
Первый взгляд ничего не скажет о человеке, и, тем более – нации. Многие полагаются на него, и глубоко ошибаются сразу же: первое впечатление обычно содержит лишь те крупицы, которые смотрящий может найти в самом себе. Яо – та персона, кто выучил это правило наизусть, а потому и смотрит в глаза долго-долго, улыбаясь чертовым болванчиком. Он хочет зацепить крючком то общее, что вы нашли с первого взгляда – и использовать это в своих целях.
Яо живет очень долго. Так долго, что давно бы мог устать и очерстветь, но сама его суть не позволяет. Он держится за счет народа, неуловимо меняющегося с каждым поколением; способен за рюмкой рассказать много веселых историй, от которых голова кругом пойдет. «А не принадлежат ли твои слова чьей-то кисти?»
Он и сам этого не знает. Лишь уверен, что кисть должна быть в его руках – и только.

Если долго сидеть на берегу реки, можно увидеть, как мимо проплывает труп твоего врага.

Своего точного возраста Китай не помнит, да и само детство, длящееся несколько десятков лет, тоже припоминает с трудом. Он рос в атмосфере мистицизма, постоянно курящихся благовоний и медленных распевов; борьба за выживание сменилась желанием благоустроенности и возникновения китайской государственности. Большая часть истории Яо мифологизирована, и многим китайским мифам нет никаких археологических подтверждений. Это не останавливает Яо: он давно преподает только ту историю, которая ему удобна.
Он неоднократно наблюдал чужие взлеты и падения; на его глазах сменялись не только поколения людей, но и поколения стран. Некоторые из них почили не без китайской доброй руки, протянутой (не)намеренно. Китай не признает этого: он не из тех, кто занимается насильственной ассимиляцией туземцев, наоборот - он несет им культуру, знания и богатства. Всего лишь стоит отринуть свой язык и перейти на новый образ жизни.
Китай умеет не привязываться. Большинство наций его поколения мертвы; тех, кто все еще топчет землю ногами, сам Яо уже давно терпеть не может. Они ему по-настоящему наскучили и утомили его, не вызывая никаких новых эмоций при контакте. Окруженный другими азиатами, он взаимодействовал с ними, устраняя все неудобные племена и государства. Те, кому повезло дожить до нынешних времен - не счастливчики и не китайские любимчики, и выживали они чаще не благодаря, а вопреки. Их стоит уважать за одну только смелость противостоять Китаю, сдерживать его имперские амбиции и напоминать ему, что без вассалов и соперников Яо будет как минимум скучно.

Если это произошло – значит, на то была воля Небес.

Характер китайца как круги на воде, и только одни черты никогда не меняются. Это авторитарность; убежденность в собственном превосходстве, выходящая за границы расизма; бесконечное болезненное самолюбие и чертова стариковская сентиментальность. Яо прекрасно осведомлен о своих особенностях и отличиях, он не спешит подстраиваться под других, ожидая удобного момента, когда кто-то опустит голову - и подставит нос под китайское колено. Только он хозяин в своем доме, не желающий больше подстраиваться ни под чью дудку. Демократия ему выгодна лишь в момент, когда нужно возвращать чужие колонии на родину. Яо во всем видит для себя ресурсную базу: если ему хватит сил, он их возьмет сам, а если нет - использует всю дипломатию и все равно получит желаемое. По-настоящему его способны испугать только четыре нации - Штаты, Россия, Великобритания и Франция. Они и Китай - единственные ребята, способные развязать ядерную войну планетарного масштаба.

С возрастом китаец становится все более сентиментальным. Он уверен, что все получают только по заслугам и никак иначе, но способен испытывать сострадание даже к своим врагам. Собственные чувства и эмоции не боится использовать как ресурс на продажу, изредка награждая зависимых от него персон похвалой.

Рандомные факты
- домашних животных не любит, вместо них заводит пиздюков;
- в отношении себя не потерпит нарушения личного пространства. Сам нарушить это пространство не дурак, особенно если границы у оппонента как-то неправильно расставлены;
- заставлял некоторые фем!версии наций, находящихся у него в подчинении, выходить замуж по дипломатическим мотивам – до сих пор уверен, что может регулировать отношения азиатов друг с другом;
- периодически срезает волосы. В последний раз коротко стриженным его наблюдали во времена ВМВ и Культурной революции;
- не терпит критики в адрес собственного правительства, даже если очень болезненно относится к определенным аспектам. Он не горит желанием сменить собственное имя, считая, что его цель стоит всех средств и жертв;
- консерватор-моралфаг. В его сторону стрелочка моралфажества не поворачивается;
- рост - 165 см, вес - затруднительно определить с учетом, что население Китая постепенно толстеет;
- идеи коммунизма успешно адаптирует к китайскому менталитету, даже если остальные считают, что Энгельс и Маркс писали явно не о сегодняшнем Китае. Двоемыслие как смысл жизни, как особая ниточка, связывающая людей друг с другом намертво.

Отредактировано China (Ср, 25 Дек 2019 09:47)